Ангелы убивают во имя Бога - ему всё равно. Ангелы проклинают имя Бога - ему всё так же всё равно. Люди убивают во имя Бога - ему всё равно. Люди проклинают имя Бога - ему всё равно всё равно.
Проблема в том, что всё равно и дьяволу.
К концу действа становится всё равно и главному герою, который уступает сцену всем силам, желающим перемолоть друг друга ради того, кому они совершенно не нужны. Собственно, становится всё равно и автору работы, который резко обрывает её тогда, когда, казалось бы, пора помочь персонажам найти хоть какую-нибудь спасительную соломинку. С другой стороны, незавершённость работы можно трактовать и как то, что Бог, уставший от бессмысленности происходящего, наконец-то обратил внимание на свои творения и в мгновение ока уничтожил их. А что ещё сделать с миром, в котором убили саму любовь в виде Нетрафим?
Леонид Андреев, переехавший на Дикий Запад и угоревший по боди-хоррору и творчеству Говарда и Лансдейла. 9/10.
Ангелы проклинают имя Бога - ему всё так же всё равно.
Люди убивают во имя Бога - ему всё равно.
Люди проклинают имя Бога - ему всё равно всё равно.
Проблема в том, что всё равно и дьяволу.
К концу действа становится всё равно и главному герою, который уступает сцену всем силам, желающим перемолоть друг друга ради того, кому они совершенно не нужны. Собственно, становится всё равно и автору работы, который резко обрывает её тогда, когда, казалось бы, пора помочь персонажам найти хоть какую-нибудь спасительную соломинку. С другой стороны, незавершённость работы можно трактовать и как то, что Бог, уставший от бессмысленности происходящего, наконец-то обратил внимание на свои творения и в мгновение ока уничтожил их. А что ещё сделать с миром, в котором убили саму любовь в виде Нетрафим?
Леонид Андреев, переехавший на Дикий Запад и угоревший по боди-хоррору и творчеству Говарда и Лансдейла. 9/10.