Вечером однажды...

В мозгу испуганном пустота.
Грудь насквозь прожигает злоба.
Оскалом бессмысленным линия рта
Презреньем к себе изломана.

Губы в судорогах тюрьме,
Лёгкие скованы смутным страхом.
Бьётся в цепях униженный смех,
Кромсая беззвучье кровавым кашлем.

Мысли жгут обвиненья огнём,
Задыхаюсь от вони и гари.
Ненависть пухнет трупным червём
В гниющей туше самокопаний.

Пошло стоная тяну ко рту,
Леденец из чернённой стали.
Вместе с мозгами по стенам стекут
Остатки протухшей морали.