Захотел помечтать. Налегке Побродить отдельно от тела, Ступни вымыть в мыслей реке. Где-то там вдалеке вечерело. В строках странных почуяв отдушину, Взор затмила фантазии плева. Ситом просеять разбитную душу На ветвях изначального древа.
Зарево. Глазами зарёванными глядеть, Упиваясь извивами тела. Змеиного. Безумным не быть. Или не выглядеть В созерцаньи вида незримого.
Захотел помечтать. Налегке
Побродить отдельно от тела,
Ступни вымыть в мыслей реке.
Где-то там вдалеке вечерело.
В строках странных почуяв отдушину,
Взор затмила фантазии плева.
Ситом просеять разбитную душу
На ветвях изначального древа.
Зарево.
Глазами зарёванными глядеть,
Упиваясь извивами тела. Змеиного.
Безумным не быть. Или не выглядеть
В созерцаньи вида незримого.
Неотразимого.
Увядания зрелище
Корней пораженных ядом.
Возрождение в пепелище
Неподвластное взгляду.
Рядом.
Нитью к ветви накрепко привязан
За хрупкую шею. Жалею
Беззащитные корни. Сразу
Искоренить бросаюсь заразу...
Но паденья сдержать не умею.
Успею
Прикинуть удавки длину, но всуе.
Удушьем резким изувечу тело,
Поделом и за дело.
В извечной агонии станцую
На эшафоте личного предела.
Огалтело
Метаться буду. Злую участь презревши,
Хваткой жалкой на бутафорской короне.
Зависну в веках плодом перезревшим
В раскидистой ясеня кроне.